"Дневник Лупа, 11 октября.
Этот район завален трупами.
Я шел по середине улицы, напряженно слушая переговоры парней стоящих у скамеек, и вспомнил как прямо на этом перекрестке какому-то бледному длинноволосому парню проломили голову железной трубой, когда он возвращался из института. Это было лет десять назад, я тогда был совсем ребенком, нас отгонял оттуда местный участковый, весь опухший после вечерней попойки. А через пару лет он умер от цирроза печени, свалился прямо под тем забором у перекрестка и пока он лежал там несколько часов никто не вызвал врачей, нашли его только под утро. Потому что годом ранее там впереди, где кончается улица как-то ночью какие-то отморозки напали на карету скорой помощи, как думаете из-за чего? Из-за того что у водителя не нашлось прикурить. Хорошая причина, входит в местный топ. Врачей забили до потери сознания, а машину подожгли. С тех пор ночью бесполезно вызывать врачей ночью - они осмелятся приехать только когда начнет светать, когда вся эта гнусь заползет в свои норы. Поэтому 2 месяца назад у скамейки, где сейчас стоят кучка парней, когда произошла стычка между группировками, несколько человек провалялось тут всю ночь, и к тому времени как приехали врачи, трое истекли кровью. На следующем перекрестке поздно вечером 4 года назад пьяный водитель сбил молодую мать с дочерью. Она решила не беспокоить мужа просьбой встретить их после дополнительных занятий в школе, о чем очень сильно пожалела, проснувшись в больнице без правой руки и ноги, слушая предложение врачей об отключении жизнеобеспечения дочери. Ее муж нашел водителя через три дня, привязал к его же машине и катал по этим улицам до тех пор пока он не превратился в кусок мяса. А потом с разгона врезался в фонарный столб в конце улицы - не смог простить себя за то что не встретил свою семью тем вечером.
Все это произошло только на этой улице, и это только то что знаю я, только то я могу вспомнить не задумываясь. Мертвецы на каждом углу этого района, они все еще здесь, все до одного и будут здесь пока на улицах правит эта беспринципная мразь. Закон джунглей гласит: "Убей — или будешь убит", закон улиц же предлагает использовать свои правила, а у местных они достаточно гибкие, чтобы можно было сказать, что их попросту нет. В компании стоящей у скамеек наверняка найдется убийца, а другие наверняка ими станут. Они стоят на трупах, их руки вымазаны в крови, но их это нисколько не заботит. Скоро они допьют выпивку и пойдут искать очередную жертву, более безобидную чем я. Тогда на этом перекрестке с утра будет лежать очередной труп, еще одно тело в основу страшной репутации этого района. А может это буду я. Или один из моих друзей. Если кто-то не попытается это остановить. Если кто-то не увеличит очередь мертвецов тянущихся отсюда в мир иной. Если кто-то не сможет больше терпеть.
Я уже знаю, что это буду я, но гоню эти мысли от себя, знаю, что они сведут меня с ума, что ничем хорошим это не закончится, знаю, что боюсь. Но это уже как будто решено за меня. Я не смогу себя изменить, я либо начну то что задумал, либо буду жалеть, что не начал всю оставшуюся жизнь. Не знаю, сколько еще смогу оттягивать. Пока что-то сорвет меня с ручки, очевидно. А до тех пор, я буду сжимать кулаки в кармане, проходя мимо очередной шумной кампании, и тешить себя надеждой, что все изменю. Все изменю, я сам. Мертвые бы одобрили мое решение. Они с удовольствием встретятся с теми, кого я собираюсь к ним отправить.
Я не один в своем ожидании. Это меня утешает.
Этот район будет завален трупами."